• VTEM Image Show
  • VTEM Image Show
  • VTEM Image Show

Григорий Грановский: "Родина у меня одна, и я готов за нее воевать"

Григорий Грановский, ветеран пограничных войск, человек, до глубины души преданный своему Отечеству, о службе в армии может рассказывать часами. Рассказывать горячо и увлеченно, с подробностями, не упуская мелкие детали, будто дембель его был только вчера, а не 25 лет назад.
В погранвойска – по призванию
Григорий Грановский призывался в армию в ноябре 1991 года, когда ему было почти 19 лет. К этому времени «в кармане» у будущего пограничника был диплом об окончании техникума и работа на шахте «Интинская». Именно учеба не позволила Григорию идти в армию со «своим» призывом.
Выбор войск был для молодого человека очевидным, хотел служить только в погранвойсках, в которых в свое время проходил службу и его дядя.
– Я знал, куда иду служить и прекрасно понимал, что пограничники впереди всех, если что-то случится – они первыми берут огонь на себя. Туда очень серьезно отбирали парней: проводились психологические тесты, предъявлялись высокие требования к образованию, физической подготовке. У меня все это было, тем более до армии занимался вольной борьбой, хоккеем, футболом. Единственная проблема, как мне тогда казалось, мой невысокий рост. Все говорили, что с таким ростом в пограничники не берут.
Взяли. Когда Григорий узнал об этом, испытывал невероятную гордость. Вспоминает, что в то время в актовом зале военкомата висели плакаты, посвященные воинам-афганцам.
Читая о подвигах ветеранов Афганистана, воодушевлялся, хотя желания повторить их путь не возникало. Тогда еще в сердцах и умах советских граждан было свежо восприятие истинного подвига афганцев, что должно было придать и придавало патриотичный настрой будущим военнослужащим.
Мечта сбылась, Григорий Грановский призван 220-й командой в ПВ КГБ СССР.
 
Для разведчика сто верст – не крюк, или чем так опасен майор Алферов?
На республиканском сборном пункте в Княжпогосте два дня ждали «покупателей», потом вывезли в Алма-Ату, в школу сержантского состава (ШСС) связи, войсковая часть № 9792. Полгода учился на связиста. Это был период, когда Казахстан уже начал отделяться от России, и в части набирали в основном местных. Было непросто служить в меньшинстве. Тем не менее, по окончании ШСС Григорий в числе четырех человек из всей роты получил сержантские лычки.
Дальше путь сержанта Грановского лежал на Дальний Восток, в поселок Посьет, где дислоцировался 59-й Хасанский Краснознаменный пограничный отряд.
Сначала попал в роту связи, через пару недель Григория известили о переводе в роту к майору Алферову.
– Мне все говорили – вешайся! А почему – не поясняли. Думал, отправят на какую-то дальнюю заставу или еще что-нибудь. Несколько дней пребывал в полном неведении, что все это значит и чем этот перевод чреват для меня. Нагрузка на мозг колоссальная в 19-то лет!
Оказалось, сержанту Грановскому предназначалось нести службу в роте разведки.
Более того, определили командиром мотоманевренной группы (ММГ), позже переименованной в отдельную группу специальной разведки (ОГСР).
В ШСС Григорий Грановский имел опыт командования отделением и все же здесь, в части, да еще и в разведке, от тяжести свалившейся ответственности молодому парнишке поначалу было не по себе.
Группа под командованием Грановского состояла из семи человек: два стрелка, снайпер, пулеметчик, связист, сапер и командир. Майор Алферов снабдил учебной литературой по разведке, тактике пехотного подразделения и другим дисциплинам.
– Я все это учил. И надо сказать, много полезного там было написано. По специфике своей службы, когда случалось попадать в разные ситуации, полученные знания мне очень помогли.
Секрет, почему многие не хотели попасть к майору Алферову, открылся, когда началась учебная подготовка разведгрупп.
У каждой из них был свой профиль. Сержант Грановский командовал группой поисковиков, в чьи основные задачи входил сбор разведданных, проведение превентивных мер на территории, сопредельной с нашей границей.
– Наша «вотчина» – граница с Китаем. Учили всему, что может пригодиться на чужбине: каких насекомых и змей есть можно, а каких нужно избегать, какие из фруктов-овощей, растущих в тайге, безопасны. Кроме прочего, нас учили минному делу, рукопашному бою, ориентированию на местности, топографии, метанию ножей, топоров, саперных лопаток. Каждый день – стрельбы, в неделю выходило 4 дневных огневых подготовки, и три – по ночам. Обучались ставить засады и отбиваться от засады противника. Пограничников также обязательно учат следопытству.
Все это интересно, когда слушаешь лекции или рассказы: кажется, служба пограничника овеяна романтикой. Другое дело – когда исполняешь, тут уж не до красивых слов.
– Не высыпаешься каждый день, выполняешь одни и те же упражнения, задачи. Уставали очень сильно: каждый день пробежка по 25 – 30 км, да еще в сопках – вверх-вниз, вверх-вниз, да в полной боевой выкладке, тащишь на себе вес не менее 25 килограммов.
Нередко группу задействовали в усилении, когда обнаруживался «прорыв в сторону тыла» (так называется переход границы в сторону России). Отряды и заставы держали границу, а поисковики искали нарушителя.
В рамках учений поисковой группе задавались координаты, которыми определяли участок местности, где надо было искать «нарушителя границы». Группу могли вывезти из зоны поиска в часть на машине, а могли изменить команду и приказать возвращаться до части пешком. Бывало, без предупреждения поисковиков «закидывали» на 3 – 4 дня в тайгу, а сухпаек рассчитан на сутки, выживайте как хотите. В тайге водится много дичи и мелких животных, которые могли бы стать разведчикам пищей, но стрелять нельзя, чтобы себя не обнаружить.
– Питались змеями и жуками. Жуки и пауки, черви – это чистый белок, их можно есть. Но я не мог преодолеть чувство отвращения к ним, поэтому ел только змей, у них, кстати, вкусное мясо. Правда, их ловить тяжело.
Если группа не выдерживала экстрима, можно было выйти на «точку», откуда ребят могли забрать и отправить в часть.
– Многие парни не хотели служить в разведроте, потому что разведчик постоянно чем-то занят. Если не ходишь, то бегаешь, если не бегаешь – тогда стреляешь, не стреляешь – значит что-то учишь. И так постоянно. В гарнизоне мы появлялись только на один день, в субботу, когда туда привозили кино. Стращали не самим майором Алферовым – он-то как раз классный мужик, а условиями службы в его роте.
 
О дисциплине, дедовщине и разбитых носах
Пограничные войска – это особый род воинских формирований, не допускающий грубых нарушений дисциплины. А иначе как?
– Разведчик должен доверять тому, кто рядом, – продолжает рассказ Григорий Грановский. – В моей группе все были погодки, одного призыва; не было ни дедов, ни духов. Дедовщины в погранвойсках вообще не могло быть в принципе: пограничники всегда ходили с боевым оружием, и в случае чего трагедия неминуема. Во-вторых, все мы зависели друг от друга и не могли подводить своих товарищей по службе. В моей группе очень явно ощущалось чувство локтя, в любой момент можно было рассчитывать на поддержку ребят. Между собой делились последним. Правда, дружба отметалась во время рукопашного боя, когда командир приказывал вести отработку при полном контакте, что означало вести бой в полную силу. Мы и вели, разбивали носы и губы, уши оттягивали. Попадало каждому. Но мы не были в обиде, нас все эти занятия только сплачивали.
Зачем разведчику в лесу каблук от сапога и откуда взялся леший?
Полученные в разведроте знания и умения не раз спасали Григорию Грановскому жизнь, пригождались и на гражданке. Например, как лучше замаскироваться в лесу, чтобы быть незамеченным даже снайпером?
– Лицо человека в тайге видно почти за километр, очень хорошая приманка для снайпера. Чтобы лучше замаскироваться, мы жгли каблуки от сапог и полученный пепел мешали с кремом для рук или водой. С кремом такая «краска» дольше держится на коже, даже когда потеешь. Когда не было каблуков, мазались ваксой. Для того, чтобы отбить человеческий запах, мылись и натирались древесной золой. Проверено на собаках – работает! Как-то группой собирались в поиск, натерлись золой, подходили к собаке – а она смотрела на нас ничего не понимающими глазами.
Приобретенные хитрости маскировки Григорий смог проверить и на офицерах, прибывших из округа в часть с проверкой.
– Во время одной учебной операции, чтобы проверяющие меня не обнаружили, мне пришлось залечь не то в болото, не то в заводь, срезал камыш, стебель от него сунул себе в рот и с головой ушел в воду. На мне был маскхалат, такой мохнатый. Офицеры мимо меня прошли, я вылез из воды и подобрался к ним сзади – вы убиты! Они обернулись и оторопели, вид у меня был устрашающий, наверное: весь в тине, чумазый. И кто-то из них крикнул: леший! С тех пор мне дали позывной «Леший».
 
«Как ни крути, я защищал свою страну»
Второй год службы Григория Грановского был сопряжен с тяжелыми для него испытаниями, о которых долгие годы и рассказывать-то нельзя было.
Летом 1993 года две группы пограничников из 59-го Хасанского погранотряда военным бортом убыли в служебную командировку на таджикско-афганскую границу. Прибывшие с Дальнего Востока военнослужащие пополнили ряды Московского погранотряда. Обстановка в тех местах в тот период стояла крайне напряженная: из Афганистана через Таджикистан шли караваны, груженные оружием, наркотиками, которые попадали в том числе и на территорию нашей страны.
Задачи перед группой поисковиков под командованием Грановского стояли прежние – найти нарушителя и передать разведданные в отряд. Только теперь враг был не условный, а самый настоящий, вооруженный и безжалостный. Несколько раз группе приходилось уходить от преследования афганских бандформирований. В некоторых ситуациях и пригождались уроки мужества, пройденные в дальневосточной тайге. Но в какой-то момент обстоятельства сложились против защитников границы, и группа Григория Грановского попала под обстрел.
Закончилась командировка для командира поисковой группы эвакуацией в госпиталь под Ленинградом, где командира разведгруппы лечили больше месяца. Оставшийся срок службы Григорий провел в своей части, на Дальнем Востоке, только уже в роте связи и в звании замстаршины роты.
Сегодня, как и 25 лет назад, Григорий Грановский, вспоминая Таджикистан, уверен в правильности решений российских политиков:
– Таджикистан был суверенным государством, но мы охраняли границу с Афганистаном, предотвращали движение караванов с оружием и наркотиками. Как ни крути, я защищал и свою страну, хоть и в Таджикистане, ведь за ним – Отечество мое. Если бы мне предстояло повторить весь путь, начиная с 19-ти лет, прошел бы не задумываясь. У меня только одна Родина, это – моя земля. И, если не дай Бог, что случится, я готов за нее воевать.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Полезные ссылки  

Новости республики  

Интересные факты